Page 287 - Мартин Иден

– Он ее у меня из-под носа увел! – выкрикнул парень.
– Он одолел Летучего Голландца, а уж его-то ты знаешь, – увещевал
Джимми. – Всего-то за пять раундов и свалил. А ты и минуты против него
не продержишься.
Это известие, кажется, несколько утихомирило разъяренного парня, и
он смерил Мартина опасливым взглядом.
– По нему не видать, – насмешливо сказал он, но запала в насмешке не

чувствовалось.
– Летучий Голландец тоже сперва не увидал, – заверил его Джимми. –
Пошли, кончай с этим. Мало тут, что ли, девчонок. Пошли!
Парень дал себя увести, и вся компания двинулась за ним в сторону
павильона.
– Кто это? – спросил Мартин у Лиззи. – И вообще, с чего он так
вскинулся?
Боевой пыл, который когда-то жарко разгорался в нем и остывал не
сразу, уже угас, Мартин поймал себя на том, что слишком придирчиво
разбирается в себе, и понял: не для него это незатейливое существование,
когда бездумно даешь волю любому порыву.
Лиззи вскинула голову.
– А никто, – сказала она. – Ухажер мой. – И, помолчав, объяснила: –
Так уж пришлось. Больно тошно стало одной-то. А только я не забыла, –
договорила она совсем тихо, глядя куда-то вдаль. – А его бы бросила и
глазом не моргнула.

Она отвернулась, а Мартин, глядя на нее, знал: довольно только
протянуть руку, чтобы сорвать этот плод, и еще подумалось, а много ли, в
сущности, стоит безукоризненно правильная утонченная речь, и за этими
мыслями забыл ей ответить.
– Здорово ты его отдубасил, – со смехом бросила Лиззи пробный
камешек.
– А он крепкий парнишка, – великодушно признал Мартин. – Если бы
его не увели, пожалуй, я не так бы легко с ним справился.
– А кто была дамочка, с кем я тебя видала в тот вечер? – спросила
Лиззи. – Да просто знакомая, – ответил Мартин.
– Давно это было, – задумчиво прошептала она. – Будто тыща лет
прошла. Но эту тему Мартин не поддержал. Перевел разговор на другое.

Они пообедали в ресторане, он заказал вино и дорогие лакомства, а потом
танцевал с ней, с ней одной, покуда она не устала. Он был отличный
танцор, и Лизз кружилась с ним и кружилась, склонясь головой ему на
плечо, она была вне себя от счастья, и ей хотелось только, чтобы так было