Page 289 - Мартин Иден

ну, любить, не женясь, хотя прежде со мной так бывало. Мне жаль, что я
пришел сюда сегодня и встретился с тобой. Но теперь уже ничего не
поделаешь, и я ведь совсем не думал, что так обернется. Но послушай,
Лиззи, ты мне так нравишься, никакими словами не сказать. Не просто
нравишься. Я восхищаюсь тобой и уважаю тебя. Ты замечательная, ты
замечательно хорошая. Да что толку в словах? Но я вот что хочу сделать.
Тебе трудно жилось, позволь мне облегчить твою жизнь. (Глаза Лиззи

засветились радостным светом – и снова погасли.) У меня почти наверняка
скоро заведутся деньги… Много денег.
В эту минуту он махнул рукой на долину с бухтой, на крытый
пальмовыми листьями дворец и нарядную белую шхуну. В конце-то
концов, не все ли равно. Можно уйти в плаванье простым матросом куда
угодно, на любом корабле, как уходил уже столько раз.
– Я хотел бы отдать эти деньги тебе. Есть ведь, наверно, что-то, чего
тебе хочется, – пойти в школу или на курсы делопроизводства. Или
захочешь выучиться на стенографистку. Я это устрою. Или, может, у тебя
живы отец с матерью. Я могу купить для них бакалейную лавку или что-
нибудь еще. Только скажи, чего ты хочешь, и я все устрою.
Лиззи не отвечала, сидела не шевелясь, глядя в одну точку сухими
глазами, но в горле у нее застрял ком, и Мартин так отчетливо понял ее
боль, что и у него самого ком застрял в горле. Зачем только он такое сказал.
Всего-навсего деньги предложил он ей – такая эта дешевка перед тем, что

предложила ему она. Он хотел отдать то, без чего мог обойтись, с чем мог
расстаться легко, она же отдала ему себя, шла на позор, на стыд, на грех,
который не простится ей и за гробом.
– Давай не будем про это, – сказала Лиззи, голос ее сорвался, и она
сделала вид, будто закашлялась. И поднялась. – Пошли по домам. Устала до
смерти.
Праздник кончился, почти все гуляки уже разошлись. Но когда Мартин
и Лиззи вышли из-за деревьев, оказалось, что вся компания их поджидает.
Мартин тотчас понял, что это значит. Назревала заварушка. Компания– его
телохранители. Они вышли из ворот парка, а за ними в отдалении
следовала вторая компания, друзья Лиззиного кавалера – потеряв даму, он
собрал приятелей и готовился отомстить. Несколько полицейских, учуяв,
что дело пахнет дракой, держались неподалеку и препроводили обе

компании. одну за другой, к поезду на Сан-Франциско, Мартин сказал
Джимми, он выйдет у Шестнадцатой улицы и доедет в Окленд трамваем.
Лиззи сидела тихая, безучастная к назревающей драке. Поезд остановился
на Шестнадцатой улице, у станции уже стоял трамвай, и кондуктор