Page 21 - На дне
P. 21

значит, в гроб, любовника – на каторгу, а сама…
                     Василиса . Вася! Зачем – каторга? Ты – не сам… через товарищей! Да если и сам, кто
               узнает?  Наталья  –  подумай!  Деньги  будут…  уедешь  куда-нибудь…  меня  навек
               освободишь…  и  что  сестры  около  меня  не  будет  –  это  хорошо  для  нее.  Видеть  мне  ее  –
               трудно… злоблюсь я на нее за тебя… и сдержаться не могу… мучаю девку, бью ее… так –
               бью… что сама плачу от жалости к ней… А – бью. И – буду бить!
                     Пепел . Зверь! Хвастаешься зверством своим?
                     Василиса . Не хвастаюсь – правду говорю. Подумай, Вася… Ты два раза из-за мужа
               моего в тюрьме сидел…  из-за его жадности… Он в меня, как клоп, впился… четыре года
               сосет! А какой он мне муж? Наташку теснит, измывается над ней, нищая, говорит! И для
               всех он – яд…
                     Пепел . Хитро ты плетешь…
                     Василиса . В речах моих – все ясно… Только глупый не поймет, чего я хочу…

                     Костылев     осторожно входит и крадется вперед.

                     Пепел    (Василисе) . Ну… иди!
                     Василиса . Подумай! (Видит мужа.)       Ты – что? За мной?

                     Пепел вскакивает и дико смотрит на Костылева.

                     Костылев  . Это я… я! А вы тут… одни? А-а… Вы  –  разговаривали?  (Вдруг топает
               ногами  и  громко  визжит.)     Васка…  поганая!  Нищая…  шкура!  (Пугается  своего  крика,
               встреченного молчанием и неподвижностью.)         Прости, господи… опять ты меня, Василиса,
               во  грех  ввела…  Я  тебя  ищу  везде…  (Взвизгивая.)   Спать  пора!  Масла  в  лампады  забыла
               налить… у, ты! Нищая… свинья… (Дрожащими руками машет на нее.)

                     Василиса медленно идет к двери в сени, оглядываясь на Пепла.

                     Пепел    (Костылеву) . Ты! Уйди… пошел!..
                     Костылев    (кричит) . Я – хозяин! Сам пошел, да! Вор…
                     Пепел    (глухо) . Уйди, Мишка…
                     Костылев . Не смей! Я тут… я тебя…

                     Пепел  хватает  его  за  шиворот  и  встряхивает.  На  печи  раздается  громкая  возня  и
               воющее позевыванье. Пепел выпускает Костылева, старик с криком бежит в сени.

                     Пепел    (вспрыгнув на нары) . Кто это… кто на печи?
                     Лука    (высовывая голову) . Ась?
                     Пепел . Ты?!
                     Лука    (спокойно) . Я… я самый… о, господи Исусе Христе!
                     Пепел    (затворяет  дверь  в  сени,  ищет  запора  и  не  находит)  .  А,  черти…  Старик,
               слезай!
                     Лука . Сейча-ас… лезу…
                     Пепел    (грубо) . Ты зачем на печь залез?
                     Лука . А куда надо было?
                     Пепел . Ведь… ты в сени ушел?
                     Лука . В сенях, браточек, мне, старику, холодно…
                     Пепел . Ты… слышал?
                     Лука . А – слышал! Как не слышать? Али я – глухой? Ах, парень, счастье тебе идет…
               Вот идет счастье!
                     Пепел    (подозрительно) . Какое счастье? В чем?
   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26