Page 456 - Избранное

Я говорю:
— Видите, сэр, с возрастом человек повышает свою квалификацию, он становится
умней, острей в своем деле или в искусстве, и он, конечно, должен получать больше
комфорта и лучшие условия. Это не вопрос. А если он настолько стареет, что теряет
квалификацию, то государство берет, его на свое иждивение. И каждый имеет разное. Сейчас
это, может быть, мало и не всегда достаточно. Но мы хотим сделать жизнь такой, чтобы и
старость была здоровая и веселая. И мы об этом думаем. И это разрабатываем. И мы хотим,
чтоб стариков принимали с поправкой на их внутренние качества, а не с поправкой на
богатство, которое может быть краденым.
В таком случае я предпочел бы стареть в Европе, — холодно сказал философ, видимо
оценивая свои душевные качества. — Как вы, господа министры?
— Да уж ясно уж. Что об этом толковать. Желанийто еще ого-го…
— Вообще, — сказал философ, — я за социализм, но только не при мне. После меня
хоть потоп. А я человек старой культуры, и позвольте мне уж, господа, прожить в моем
старом культурном Риме.
— Пожалуйста, — говорю, — живите.
Тут мы все встали, и началось среди нас любезное прощание, протекавшее почти в
дружеской атмосфере.
Философ, прощаясь, сказал:
— Потом вот еще что. Во всем мире любовь продается. А у вас нет. Это противно
человеческой природе.
Министры неестественно засмеялись.
— Это меня тоже как-то расхолаживает к вашей идее, — сказал философ, — у вас надо
на это тратить время и деньги. А у нас только деньги. Вы, господа, непременно
провентилируйте этот вопрос. Человечество от этого может захворать. И это на браки крайне
влияет. Прямо я на вас удивляюсь, какие вы недальновидные.
— Сэр, — сказал я, — у нас иной подход к любви. Мы не считаем унизительным
тратить на это время. У нас теперь другой мир и другие чувства, сэр…
— Бросьте, мой друг. Вы неисправимый идеалист. Какой другой мир? Какие другие
чувства? Люди есть люди. А впрочем, что нам толковать — и тут башмак стопчется по ноге.
Пройдет немного лет, и вы в этом смысле вернетесь к нашим идеалам.
— Те люди, которые в этом смысле вернутся к вашим идеалам, — сказали мы смеясь,
— те будут к вам ездить.
— Если с валютой, — сказал философ, — то отчего бы и нет. Очень рады. Только
имейте в виду — этих людей будет слишком много. И я боюсь, что у вас никого не
останется. Но не будем наперед загадывать. Если, повторяю, они будут с валютой, то это нас
устраивает.
Министры многозначительно переглянулись.
И мы, попрощавшись, разошлись.
И я пошел прощаться с читателем.

ПРОЩАНИЕ С ЧИТАТЕЛЕМ

И вот осталось нам попрощаться с читателем, и на этом книга закроется.
Дорогие наборщики, потрудитесь еще немного — поднаберите тут еще несколько
строк, чтоб мы могли любезно попрощаться с нашим дорогим читателем.
Итак, дорогие друзья, привет! Наилучшие пожелания! Кланяйтесь вашей мамаше.
Пишите.
А в ответ на ваше любезное письмецо сообщаем, что живем мы ничего себе, много
работаем, здоровье стало лучше, и оно укрепляется. Тут было в прошлом году мы
прихворнули, но ничего, как говорится — бог миловал.
А что касается нашей дальнейшей литературной работы, то мы задумали написать еще