Page 414 - Избранное

— Можно, — говорят. — Какая галоша?
— Галоша, — говорю, — обыкновенно какая. Размер — двенадцатый номер.
— У нас, — говорят, — двенадцатого номера, может, двенадцать тысяч. Расскажи
приметы.
— Приметы, — говорю, — обыкновенно какие: задник, конечно, обтрепан, внутри
байки нету — сносилась байка.
— У нас, — говорят, — таких галош, может, больше тыщи. Нет ли специальных
признаков?
— Специальные, — говорю, — признаки имеются. Носок вроде бы начисто оторван,
еле держится. И каблука, говорю, почти что нету. Сносился каблук. А бока, говорю, еще
ничего пока что, удержались. Галоша, говорю, конечно, не новенькая, но дорога, как память
о потраченных деньгах.
— Посиди, — говорят, — тут. Сейчас посмотрим.
Вдруг выносят мою галошу.
То есть ужасно обрадовался. Прямо умилился.
"Вот, — думаю, — аппарат работает. И какие, думаю, идейные люди, сколько хлопот
на себя приняли из-за одной галоши".
Я им говорю:
— Спасибо, говорю, друзья, по гроб жизни. Давайте поскорей ее сюда. Сейчас я
надену. Благодарю вас.
— Нету, — говорят, — уважаемый товарищ, не можем дать. Мы, говорят, не знаем,
может, это не вы потеряли.
— Да я же, — говорю, — потерял. Что вы, объелись?
Они говорят:
— Верим и вполне сочувствуем, и очень вероятно, что это вы потеряли именно эту
галошу. Но отдать не можем.
Принеси удостоверение, что ты действительно потерял галошу. Пущай домоуправление
заверит этот факт, и тогда без излишней волокиты мы тебе выдадим то, что законно потерял.
— Братцы, — говорю, — святые товарищи, да в доме не знают про этот факт. Может,
они не дадут такой бумаги.
— Дадут, — говорят, — это ихнее дело дать. На что они у вас существуют?
Поглядел я еще раз на галошу и вышел.
На другой день пошел к председателю нашего дома.
— Давай, — говорю, — бумагу. Галоша гибнет.
— А верно, — говорит, — потерял? Или закручиваешь? Может, хочешь схватить
лишний предмет ширпотреба?
— Ей-богу, — говорю, — потерял.
Он говорит:
— Конечно, на слова не могу положиться. Вот если б ты мне удостоверение достал из
трамвайного парка, что галошу потерял, тогда бы я тебе выдал бумагу. А так не могу.
Я говорю:
— Так они же меня к вам посылают.
Он говорит:
— Тогда, говорит, напиши мне в крайнем случае заявление.
Я говорю:
— А что там написать?
Он говорит:
— Пиши: сего числа пропала галоша. И так далее. Даю, дескать, расписку о невыезде
впредь до выяснения.
Написал заявление. На другой день форменное удостоверение получил.
Пошел с этим удостоверением в камеру. И там мне, представьте себе, без хлопот и без
волокиты выдают мою галошу.