Page 368 - Поднятая целина

Но, войдя в хату Нюркиных родителей, все же отдал дань приличиям: минуты две посидел,
молча покуривая, потом обменялся с отцом Нюрки несколькими фразами о видах на урожай,
о погоде — и сейчас же, как о чем-то давно решенном, заявил:
— Завтра у вас Нюрку забираю.
По-своему не лишенный остроумия, родитель невесты спросил:
— Куда? Дежурить рассыльной в сельсовет?
— Хуже. В жены себе.
— Это как она скажет…
Разметнов повернулся к полыхающей румянцем невесте, — даже тени улыбки не было
на его обычно смешливых губах, — спросил:
— Согласна?
— Я десять лет согласна, — решительно ответила девушка, не сводя с Андрея смелых,
круглых и влюбленных глаз.
— Вот и весь разговор, — удовлетворенно проговорил Разметнов.
Соблюдая старые обычаи, родители хотели было поломаться, но Андрей, еще раз
закурив, решительно пресек их попытки:
— Я из вас ни приданого, ничего не выбиваю, а из меня что вы сумеете выбить?
Табачный дым? Собирайте девку. Нынче поедем в станицу, зарегистрируемся, нынче же
вернемся, а завтра справим свадьбу, вот так!
— И что уж это так тебе загорелось? — с досадой спросила мать невесты.
Но Разметнов холодно посмотрел на нее, ответил:
— Мое отгорело двенадцать лет назад, отгорело и пеплом взялось… А поспешаю
затем, что уборка к хрипу подпирает и дома, сами знаете, старуха моя в отставку, по чистой,
уходит. Стало быть, договоримся так: водку я привезу из станицы — не более десяти литров.
По водке и закуску готовьте и гостей зовите. С моей стороны будут трое: мать, Давыдов и
Шалый.
— А Нагульнов? — поинтересовался хозяин.
— Он захворал, — слукавил Андрей, глубочайше убежденный в том, что Макар ни за
что не явится на свадьбу.
— Баранчика резать, Андрей Степаныч?
— Дело хозяйское, только гулять шибко не будем, мне нельзя: с должности вытряхнут
и выговор по партийной линии могут влепить такой горячий, что буду год дуть на пальцы,
какие рюмку держали. — И повернулся к невесте, лихо подмигнул, а улыбнулся не очень
щедро: — Через полчаса приеду, а ты тем часом Нюра, принарядись как следует. За
председателя сельсовета выходишь, а не абы за кого-нибудь!

Грустная это была свадьба, без песен, без пляски, без присущих казачьим свадьбам
веселых шуток и пожеланий молодым, иногда развязных, а иной раз и просто
непристойных… А всему тон задал Разметнов: был он несоответственно случаю серьезен,
сдержан, трезв. В разговорах участия почти не принимал, все больше отмалчивался, и, когда
слегка подвыпившие гости изредка кричали «горько», он словно бы по принуждению
поворачивал к своей румяной жене голову, словно бы нехотя целовал ее холодными губами,
а глаза его, всегда такие живые, теперь смотрели не на молодую, не на гостей, а куда-то
вдаль, как бы в далекое, очень далекое и печальное прошлое.

28

А жизнь шла в Гремячем Логу и над ним все той же извечно величавой, неспешной
поступью: все так же плыли над хутором порою белые, тронутые изморозной белизною
облака, иногда их цвет и оттенки менялись, переходя от густо-синего, грозового, до
бесцветия; иногда, горя тускло или ярко на закате солнца, они предвещали ветер на будущий