Page 205 - Обломов

Он молчал.
— Ты озабочен? — продолжала она.
— Я получил письмо из деревни, — сказал он монотонно.
— Где оно? с тобой?
Он подал ей письмо.
— Я ничего не разберу, — сказала она, посмотрев на бумагу.
Он взял у ней письмо и прочел вслух. Она задумалась.
— Что ж теперь? — спросила она помолчав.
— Я сегодня советовался с братом хозяйки, — отвечал Обломов, — и он рекомендует
мне поверенного, Исая Фомича Затертого: я поручу ему обделать все это..
— Чужому, незнакомому человеку! — с удивлением возразила Ольга. — Собирать
оброк, разбирать крестьян, смотреть за продажей хлеба…
— Он говорит, что это честнейшая душа, двенадцать лет с ним служит… Только
заикается немного.
— А сам брат твоей хозяйки каков? Ты его знаешь?
— Нет, да он, кажется, такой положительный, деловой человек, и притом я живу у него
в доме: посовестится обмануть!
Ольга молчала и сидела, потупя глаза.
— Иначе ведь самому надо ехать, — сказал Обломов, — мне бы, признаться, этого не
хотелось. Я совсем отвык ездить по дорогам, особенно зимой… никогда даже не езжал.
Она все глядела вниз, шевеля носком ботинки.
— Если даже я и поеду, — продолжал Обломов, — то ведь решительно из этого ничего
не выйдет: я толку не добьюсь, мужики меня обманут, староста скажет, что хочет, — я
должен верить всему, денег даст, сколько вздумает. Ах, Андрея нет здесь: он бы все
уладил! — с огорчением прибавил он.
Ольга усмехнулась, то есть у ней усмехнулись только губы, а не сердце: на сердце была
горечь. Она начала глядеть в окно, прищуря немного один глаз и следя за каждой
проезжавшей каретой.
— Между тем поверенный этот управлял большим имением, — продолжал он, — да
помещик отослал его именно потому, что заикается. Я дам ему доверенность, передам
планы: он распорядится закупкой материалов для постройки дома, соберет оброк, продаст
хлеб, привезет деньги, и тогда… Как я рад, милая Ольга, — сказал он, целуя у ней руку, —
что мне не нужно покидать тебя! Я бы не вынес разлуки, без тебя в деревне, одному… это
ужас! Но только теперь нам надо быть очень осторожными.
Она взглянула на него таким большим взглядом и ждала.
— Да, — начал он говорить медленно, почти заикаясь, — видеться изредка, вчера опять
заговорили у нас даже на хозяйской половине… а я не хочу этого… Как только все дела
устроятся, поверенный распорядится стройкой и привезет деньги… все это кончится в
какой-нибудь год… тогда нет более разлуки, мы скажем все тетке, и… и..
Он взглянул на Ольгу: она без чувств. Голова у ней склонилась на сторону, из-за
посиневших губ видны были зубы. Он не заметил, в избытке радости и мечтанья, что при
словах: "когда устроятся дела, поверенный распорядится", Ольга побледнела и не слыхала
заключения его фразы.
— Ольга!.. Боже мой, ей дурно! — сказал он и дернул звонок.
— Барышне дурно, — сказал он прибежавшей Кате. — Скорее, воды!.. спирту…
— Господи! Все утро такие веселые были… Что с ними? — шептала Катя, принеся со
стола тетки спирт и суетясь со стаканом воды.
Ольга очнулась, встала с помощью Кати и Обломова с кресла и, шатаясь, пошла к себе
в спальню.
— Это пройдет, — слабо сказала она, — это нервы, я дурно спала ночь. Катя, затвори
дверь, а вы подождите меня: я оправлюсь и выйду.
Обломов остался один, прикладывал к двери ухо, смотрел в щель замка, но ничего не