Page 130 - Мартин Иден

его за то, что он живет не так, как надо, а, стараясь исправиться, идет
неверным путем, Но он, меня боготворит, я знаю. Его глаза и руки не лгут.
И при мысли об этом, при одной только мысли об этом я чувствую себя
совсем взрослой и еще чувствую, есть у меня что-то, что принадлежит
только мне… как у всех девушек… и… и молодых женщин. А еще я знаю,
прежде я была не такая, как все, я понимала, что тебя это тревожит. Ты
думала что не даешь мне заметить свою тайную тревогу, а я заметила и

очень хотела… «преуспеть», как говорит Мартин Иден.
То был заветный час для матери и дочери, они сумерничали и
разговаривали со слезами на глазах, и Руфь была сама невинность и
откровенность, мать же, исполненная сочувствия и понимания, спокойно
наставляла ее и направляла.
– Он на четыре года моложе тебя, – сказала она. – И никак не
обеспечен. Ни положения, ни жалованья. Он непрактичен. Если он тебя
любит, ему во имя здравого смысла следовало найти место, что дало бы
ему право жениться, а он занимается пустяками – пишет рассказики и
тешит себя мечтами, как дитя малое. Боюсь, Мартин Иден никогда не
повзрослеет. Ему не хватает сознания ответственности. Он не способен
взяться за дело, достойное мужчины, как твой отец и все наши знакомые…
хотя бы как мистер Батлер. Боюсь, Мартин Иден никогда не научится
зарабатывать деньги. А для счастья деньги необходимы, так устроен наш
мир… не миллионные состояния нужны, нет, но достаточные средства,

чтобы жить прилично и с комфортом. Он… он никогда не заговаривал о
своих чувствах?
– Ни слоном не обмолвился. Даже не пытался А если бы попытался, я
бы его остановила, понимаешь, мамочка, я ведь его не люблю.
– Очень рада. Не хотелось бы мне, чтобы моя дочь, моя единственная
дочь, воплощение чистоты и добродетели, полюбила такого человека. На
свете есть подлинно достойные мужчины– чистые, преданные
мужественные. Надо только подождать. В один прекрасный день тебе
встретится такой человек, ты его полюбишь, и он полюбит тебя, и ты
будешь счастлива с ним, как были всегда счастливы друг с другом я и твой
отец. И есть одно, о чем всегда следует помнить…
– Да, мамочка?
Негромко, с нежностью в голосе миссис Морз сказала:
– Это дети.

– Я… я об этом думала, – призналась Руфь, вспоминая, как. случалось,
досаждали ей эти нескромные мысли, и опять залилась краской девичьего
смущения оттого, что проходится говорить об этом вслух.