Page 69 - Собрание рассказов
P. 69
вообще очень многие мужчины почему-то совершенно несправедливы к дяде Родни, и что,
конечно, если папа теперь жалеет, что одолжил дяде Родни несчастные пятьсот долларов,
когда речь шла о добром имени семьи, то пусть так и скажет, а дедушка хоть в лепешку
разобьется, только ему их уж как-нибудь вернет, и потом стала плакать, и папа сказал: да
ладно, ладно, а мама все плакала и говорила, что дядя Родни в семье любимчик, поэтому,
должно быть, папа его так ненавидит, а папа говорил: да ладно, ладно, ради всего святого,
хватит тебе.
Откуда маме с папой было знать, что дядя Родни, когда гостил у нас прошлым летом,
без дела не сидел, да и в Мотстауне тоже никто не знает, что он и там делал свое дело, а я с
ним на пару, это когда в первый раз, в прошлое Рождество. Он потому что сказал, что кому
как нравится, одни делают дело с мужчинами, другие с женщинами, и никого его дела не
касаются, даже мистера Такера. Он сказал, что ведь ты же не ходишь, не болтаешь, чего там
твой папа делает, а я говорю, зачем болтать-то, все и так знают, что папа работает по
извозному делу, и дядя Родни мне сказал, что за молчок полникеля, а вообще, может, я не
хочу никели зарабатывать, так он найдет кого другого. Ну, я и стал с ним работать: торчу у
забора мистера Такера, пока он в город не уйдет, тут я вдоль забора до угла и гляжу, пока
мистера Такера видно, а потом шапку на тычок, и пускай там висит, пока снова не завижу
мистера Такера. Сколько я там стоял, ни разу его не завидел, потому что дядя Родни до этого
успевал справиться, он выходил, и мы с ним вместе шли домой, и он говорил маме, что мы
изрядно прогулялись, а мама говорила, что дяде Родни это очень полезно для здоровья. Ну, а
как мы дома, так он мне никель. А четвертак он мне только один раз заплатил, это когда на
рождество в Мотстауне он делал дело с другой леди, только раз такое и было, ну ничего, зато
летом-то, пока он гостил, я никелями заработал куда больше, чем четвертак. Опять же
все-таки рождество было, и он дедушкиного тоника хлопнул, а потом уж заплатил мне
четвертак, а теперь вдруг да полдоллара даст, чего не бывает. Ну прямо сил нет ждать.
II
То да се, а потом все-таки рассвело, я надел свой воскресный костюм и пошел к дверям
смотреть, вдруг извозчик уже приехал, и на кухню к Рози, что ведь почти уже пора, а она
мне, до поезда, мол, еще битых два часа. И только она это сказала, слышим — извозчик, ну,
думаю, время к поезду ехать, вот здорово-то как, приедем к дедушке, глядишь, и вечер, а там
и до утра недолго, а если мне в этот раз полдоллара достанется, до чего ж будет здорово. Тут
мама выскочила на улицу даже без шляпки и говорит: что за спешка, еще два часа до поезда,
она и одеваться не начинала, а Джон Поль, что да, мэм, только его папа прислал, чтоб Джон
Поль сказал маме, что тетя Луиза уже здесь и пусть мама поторопится. Ну, мы запихнули в
коляску корзину с подарками, я на козлах с Джон Полем, а мама из коляски кричит,
спрашивает про тетю Луизу, и Джон Поль сказал, что тетя Луиза наняла пролетку и
приехала, а папа ее повел в гостиницу завтракать, потому что из Мотстауна она выехала ни
свет ни заря. Так что тетя Луиза, наверно, приехала в Джефферсон помочь маме с папой
купить дедушке подарок.
— Для других-то всех у нас есть, — сказал я. — Дяде Родни я вон за свои деньги купил.
Тут Джон Поль давай смеяться, а я сказал: чего ты? — а он сказал, его смех разбирает,
какой же дяде Родни прок от моих подарков, а я сказал: почему? — а он, что другое дело,
был бы я девчонкой, а я сказал: почему? — а Джон Поль сказал, что вот мой папа, это верно,
с радостью бы сделал дяде Родни подарок, не дожидаясь даже рождества, а я спросил:
какой? — и Джон Поль сказал: к месту бы его пристроил. И я тогда рассказал Джон Полю,
как дядя Родни гостил у нас прошлым летом и все время работал, и Джон Поль перестал
смеяться и сказал, что, конечно, если человек за одним делом ни днем, ни ночью отдыха не
знает, то чем же это не работа, оно и лучше, что приятная, а я сказал, что все равно же дядя
Родни теперь-то работает в конторе Давильной компании, и Джон Поль захохотал и сказал,
что еще бы, дядю Родни нужно давить целой компанией. Тут мама стала кричать ему, чтобы